Сотворение мира

История создания, премьера, анализ и особенности исполнения оратории «Сотворение мира» Йозефа Гайдна (Hob. XXI:2, 1798).

Контекст создания

К концу XVIII века Йозеф Гайдн уже был признан одним из самых влиятельных и успешных композиторов своей эпохи. В 1790 году он покинул службу при дворе князей Эстерхази, которая занимала большую часть его карьеры, и, будучи независимым музыкантом, отправился в Лондон. Именно там его творчество достигло нового уровня: он написал знаменитые «Лондонские симфонии» и познакомился с богатой музыкальной культурой Англии. Но что важнее для нашего повествования, в Лондоне Гайдн услышал оратории Георга Фридриха Генделя — в особенности «Мессию» и «Иуду Маккавея». Исполнение этих произведений в больших масштабах, с участием мощных хоров и оркестров, произвело на композитора глубокое впечатление. Гайдн был поражён, как Гендель соединил строгость немецкой традиции с драматизмом и торжественностью, характерными для английского вкуса.

Именно в Лондоне Гайдн получил либретто, которое позже стало основой его оратории «Сотворение мира». Либретто, предположительно созданное англичанином Томасом Линли-старшим или другим неизвестным автором, базировалось на первых главах книги Бытия, а также на «Потерянном рае» Джона Мильтона. Гайдн увёз текст с собой в Вену, где немецкий поэт и дипломат Готфрид ван Свитен перевёл его на немецкий и переработал, добавив яркие образы природы и драматизм.

Этот период совпал с одной из наиболее спокойных фаз в жизни композитора. Вернувшись из Лондона, Гайдн поселился в Вене, где сосредоточился на крупных произведениях — квартетах, мессах и, конечно, ораториях. Вдохновлённый Генделем, он решил создать произведение, которое могло бы не только достичь успеха на одном языке, но и обрести международное признание.

Замысел и работа над партитурой

Работа над «Сотворением мира» началась в 1796 году и заняла два года. Гайдн подошёл к задаче с невероятной тщательностью, видя в оратории свой будущий музыкальный памятник. По словам самого композитора, работа над сочинением не только приносила ему радость, но и вызывала в нём глубокие религиозные переживания: «Каждый день я становился на колени и молил Бога дать мне силы для этого труда».

Гайдн использовал своё мастерство симфониста и опыт написания вокальной музыки, чтобы создать произведение, в котором голос и оркестр сливаются в единое целое. Он экспериментировал с фактурой, гармонией и оркестровкой, чтобы передать образы первозданной природы, свет и тьму, хаос и гармонию. Особенно сложной задачей было музыкально изобразить «хаос» в увертюре — с её свободной, почти импровизационной структурой и неожиданными гармоническими переходами.

Черновики «Сотворения мира» позволяют проследить за творческим процессом Гайдна: он переписывал отдельные фрагменты несколько раз, меняя оркестровку или корректируя мелодические линии. Это свидетельствует о том, как серьёзно он относился к этому проекту. Композитор также консультировался с ван Свитеном, который помогал не только с текстом, но и с общей драматургией произведения.

Премьера и приём

Премьера «Сотворения мира» состоялась 29 апреля 1798 года в Вене, в дворце Шварценберг. Исполнение было частным, для узкого круга аристократов и меценатов. Однако уже осенью того же года оратория была исполнена публично в Бургтеатре.

Премьера произвела настоящий фурор. Публика была поражена масштабностью замысла и новаторским подходом Гайдна. Особенно сильное впечатление произвёл момент, где оркестр и хор изображают сотворение света: после хаотического вступления в до миноре оркестр внезапно взрывается мощным аккордом до мажор на словах «И сказал Бог: да будет свет». Эффект этого момента описывали как «ослепительный», а один из слушателей вспоминал, что на этом месте зал буквально ахнул.

Критики также высоко оценили ораторию. Гайдн стал национальным героем, а его произведение быстро завоевало популярность за пределами Австрии. «Сотворение мира» исполнялось как на немецком, так и на английском языке, что обеспечило ему широкий международный успех.

Путеводитель по музыке

«Сотворение мира» состоит из трёх частей, каждая из которых посвящена определённому этапу библейского рассказа о сотворении мира.

Часть I: Хаос и первые дни творения

Оратория открывается увертюрой «Изображение хаоса». Это одна из самых новаторских страниц музыки Гайдна. Композитор использует свободную форму, избегая чёткой тональной структуры, чтобы передать хаотичное состояние до сотворения мира. Слушатель ощущает неустойчивость благодаря неожиданным модуляциям, сменам динамики и отсутствию явной метрической опоры.

После этого вступают солисты (Гавриил — сопрано, Уриил — тенор, Рафаил — бас) и хор, которые повествуют о первых днях творения. Один из ярких моментов — изображение света на словах «Да будет свет» («Es werde Licht»). Здесь Гайдн использует резкий контраст: после мрачного оркестрового вступления звучит мощный аккорд до мажор, сопровождаемый хоровым восклицанием. Это музыкальное решение создаёт эффект внезапного озарения.

Часть II: Завершение творения

Вторая часть описывает последующие дни творения, когда Бог создаёт животных и человека. Здесь Гайдн проявляет себя как мастер звукоизобразительности. В оркестровке можно услышать образы ревущих львов, прыгающих оленей, плещущейся рыбы и порхающих птиц. Например, в арии Рафаила «Nun scheint in vollem Glanze der Himmel» (Теперь небеса сияют в полном блеске) струящиеся арпеджио в струнных изображают ясное небо.

Кульминацией второй части становится дуэт Гавриила и Урииля, прославляющий создание человека. Здесь Гайдн использует возвышенный мажор и богатую полифонию, чтобы подчеркнуть величие этого момента.

Часть III: Адам и Ева в Эдемском саду

Третья часть переносит нас в Эдемский сад, где Адам и Ева, исполненные благодарности, воспевают красоту творения. Эта часть более лирическая и камерная по сравнению с предыдущими. Дуэты первых людей полны нежности и гармонии, а их голоса часто переплетаются, символизируя единство.

Финал оратории — мощный хоровой гимн, прославляющий Господа. Здесь Гайдн возвращается к более торжественной и грандиозной манере, завершая произведение на мажорной, ликующей ноте.

Для оркестранта

Исполнение «Сотворения мира» требует не только технического мастерства, но и тонкого чувства стиля. Одной из главных задач дирижёра и оркестра является создание контрастов — между хаосом и гармонией, светом и тьмой, грандиозными хоровыми эпизодами и камерными моментами.

Технические сложности

Для струнных особой сложностью являются быстрые пассажи в увертюре и ариях, где требуется высокая точность интонации и артикуляции. Деревянные духовые часто играют важную роль в изображении природных явлений: от щебета птиц (флейты) до звука воды (гобои и кларнеты). Медные духовые и литавры добавляют торжественности и драматизма, особенно в хоровых эпизодах.

Стилистика

Гайдн требует от исполнителей тонкого понимания классической стилистики. Фразировка должна быть ясной, а динамические оттенки — тщательно выверенными. Например, в изображении хаоса важно соблюдать гибкость темпа и динамики, чтобы передать неустойчивость и неопределённость.

Взаимодействие с хором

Одной из особенностей «Сотворения мира» является плотное взаимодействие оркестра и хора. Оркестрантам важно внимательно следить за дирижёром, чтобы не затенять вокальные партии, но при этом активно поддерживать хоровую линию. В некоторых местах, например, в кульминации с аккордом «Да будет свет», от оркестра требуется мощное, но не агрессивное звучание.

Исполнение «Сотворения мира» — это не только технический, но и художественный вызов. Музыканты должны не просто сыграть свои партии, но и передать грандиозный замысел Гайдна, который стремился воплотить в музыке идею божественного творения.

---